«Хуамин» — один из самых нетипичных парков Москвы. Открылся в 2018 году рядом с ВДНХ вместе с китайским деловым центром. Здесь всё собранo по канону классического китайского сада: бамбук, каменные композиции, деревянные мостики и нарядные павильоны. Ключевой элемент — вода: пруды и каналы отражают местную архитектуру и зелень, за счёт чего пространство визуально становится плотнее и сложнее.

Аптекарский огород — старейший ботанический сад России, основанный в 1706 году по указу Петра I как аптекарский огород при Московском госпитале. Позже он оказался связан с Московским университетом и превратился в полноценный ботанический сад, каким сейчас и остается. Сегодня здесь собрана грандиозная коллекции растений со всего мира и оранжереи с тропическими и субтропическими видами. Весной — массовое цветение первоцветов, тюльпанов и нарциссов, что приводит к очередям в теплицы, летом — плотная зелень и клумбы, зимой — тропики под стеклом и прогулки по красивым дорожкам средь заснеженных деревьем.
Адрес: проспект Мира, дом 26, строение 1

Сад имени Баумана сформировался на месте усадебных территорий района и был оформлен как городской парк в 1920–1930-е годы. При этом современная его планировка и благоустройство во многом относятся к более поздним реконструкциям. Сейчас это компактное пространство с тихими идиллическими аллеями, сценой для уличных концертов и спектаклей и детскими площадками. Сад Баумана органично встроился в городскую ткань и отлично работает как короткая остановка: сюда и приезжают специально, и заходят по пути, ненадолго, без отдельного маршрута.
Адрес: Старая Басманная ул., 15 а, стр 4

ВДНХ открылась в 1939 году как Всесоюзная сельскохозяйственная выставка (ВСХВ), а спустя двадцать лет в 1959 году получила название ВДНХ. Сегодня это масштабный выставочный комплекс и парк с мощным историческим бэкграундом, пышными фонтанами-достопримечательностями, павильонами разных эпох и современными общественными пространствами. Маршруты здесь могут быть гибкими: можно двигаться по центральным осям или уходить в менее очевидные зоны с другим масштабом и плотностью людей, или купить пончиков на задворках ВДНХ и отправиться с ними в лесную зону на границу с Ботаническим садом.

Музеон начал формироваться в 1990-е годы как открытая площадка для демонтированных советских памятников. В 2010-е, он органично слился с обновлённой Крымской набережной, получив статус парка искусств. Сегодня здесь выставлено более 1000 скульптур разных эпох и стилей, и это одновременно музей под открытым небом, и бодрый парк для прогулок, где при желании можно найти тихие заповедные углы.
Адрес: ул. Крымский Вал, 2

Дом культуры «ГЭС-2» открылся в 2021 году в здании бывшей электростанции 1907 года, построенной по проекту Василия Башкирова. В начале XX века это была одна из ключевых городских станций, обеспечивавших Москву электричеством. Реконструкцию, случившуюся в XXI веке, выполнило бюро великого итальянца Ренцо Пьяно, сохранив индустриальный каркас и добавив современные общественные пространства.

Коломенское долго было царской загородной резиденцией — сюда уезжали пожить вне городской суеты. Поэтому масштаб здесь другой: огромные поля, длинные перспективы и высокий берег Москва-реки. Набережная долго тянется вдоль воды — можно идти, почти не встречая людей, и наблюдать, как река меняет ширину, угол и скорость.

Северный речной вокзал открылся в 1937 году вместе с каналом Москва — Волга и задумывался как «порт пяти морей» — точка, откуда суда уходили по системе рек и каналов в разные части страны. Это была не прогулочная зона, а полноценный транспортный узел с реальными маршрутами дальнего следования. После реставрации 2020 года сюда вернулась жизнь: причалы, теплоходы и открытая вода Химкинского водохранилища. Здесь особенно чувствуется горизонт — редкое для Москвы ощущение большого водного пространства.

Парящий мост в «Зарядье» открыт в 2017 году и вынесен консольно над Москвой-рекой без опор в воде. Мост быстро стал одной из самых популярных городских точек: снизу — мощный поток воды и набережные, напротив — Кремль и Китай-город. Редкое место, где город и река оказываются на одной линии взгляда.

Воробьёвы горы — природный высокий берег Москвы-реки, известный как точка обзора ещё с XIX века. Верхняя кромка склона работает как длинная линия наблюдения: отсюда видны Лужники, изгиб реки и «Москва-Сити» на горизонте. Важно здесь именно движение вдоль края — панорама собирается не одной точкой, а постепенным разворотом города.

Останкинская телебашня, построенная в 1967 году по проекту инженера Николая Никитина, до сих пор остаётся самым высоким отдельно стоящим сооружением в Москве. Идея была простая и дерзкая: собрать всю связь города в одной вертикали. Смотровая площадка на высоте около 337 метров даёт максимально разжатую версию Москвы — без привычной уличной сетки, только река, магистрали, кварталы и очень далёкий горизонт.

Павильон у ВДНХ с монументом Веры Мухиной восстановлен в 2009 году и работает как музейный комплекс. Крыша используется, как смотровая площадка, откуда можно изучать север Москвы и территорию ВДНХ. Здесь интересно именно сочетание: монументальная советская форма и довольно лёгкое ощущение открытого воздуха вокруг.

Смотровая площадка на башне ОКО в «Москва-Сити» открыта в 2017 году и находится на высоте более 300 метров. Это один из самых высоких публичных видов в городе. Москва отсюда читается весьма условно: плотный деловой центр под ногами, дальше река как линия разрыва и жилые массивы, уходящие в почти ровный горизонт. Зато очень много неба.

Мясной ресторан Алексея Пинского во дворе гостиницы «Арбат» в Плотниковом переулке. Увесистая винная карта, взрослая спокойная кухня и стейки — одни из лучших в городе. Номенклатурный шик в интерьере: развалившись на красивых гнутых стульях с бокалом розового, легко вообразить себя персонажем шпионского ретробоевика. Зачастую на кухне готовят чего-нибудь спонтанное, чего не вносят в меню — не забудьте расспросить об этом официанта.

Olluco — московский проект Вирхилио Мартинеса, придуманный им вместе с исследовательской платформой Mater Iniciativa, изучающей локальные продукты, природные ландшафты и гастрономические традиции Перу. Кухню московского проекта возглавляет Никанор Виейра, продолжающий развивать идеи, заложенные Мартинесом на старте Olluco.

Сюда идут не просто на ужин, а за опытом: сеты ресторана построены вокруг исследования вкусов, текстур и природных особенностей разных регионов Перу. Орехи, кукурузу, картофель и другие продукты привозят напрямую из страны, а знакомые ингредиенты здесь часто раскрываются неожиданно — через сложные сочетания, непривычные текстуры и очень точную работу команды кухни.

Кухня замечательного шефа Андрея Шмакова в гостинице «Метрополь». Ресторан с помпой заново открылся в непростом 2020-м году, рассматривать местные красоты можно долго и приходить сюда надо, когда понимаешь, что у тебя гарантированно есть полтора-два часа. В Savva торжественно и спокойно: колонны с золотыми капителями, хрустящие крахмалом скатерти, улыбчивые люди, все сияет и манит. Роскошь, каких мало и это тот случай, когда надо отдаться чувствам, выключить телефон и погрузиться в неторопливую барскую жизнь: заказать борщ с уткой и вишней в чугунной кастрюльке, увенчанной пышным куском теста, водки, а заодно билет на «Баядерку» в Большой, раз уж маячит в окне.

Отличный микс традиционной грузинской кухни и безграничного любопытства тбилисского шефа Мамии Джоджуа. Есть совсем канонические блюда вроде хачапури по-аджарски (пышная широкая лодочка, по которой частенько скучаешь), а есть счастливые жертвы экспериментов: аджарули с черным трюфелем. Отдельная радость — соленья от мамы Наны (мамы Мамии), которая тут строго контролирует многие процессы и особенно выпечку.

Мультикультурное камерное гастробистро на Пречистенке, про которое нужно знать всего две вещи. Во-первых, запустил его ресторатор Максим Ползиков, человек, который гениально работает с маленькими пространствами (вспомните его «Рыбторг» на Патриарших). А во-вторых, кухней занимается Антон Тихий из того же «Рыбторга» — и тут за осминожью упругость (его, как и телятину, и бараньи пистолетики, готовят в хоспере) волноваться не приходится.

Название места буквально отражает его концепцию: у Ползикова многонациональная семья, и в меню прописались достопримечательности разных гастрокультур, с которыми так или иначе Максим связан. А потому тут эффектно соседствуют пататас бравас с каштановым айоли, борщ с уткой и дюшбара.

Украшение города — красивый ресторан на крыше ЦУМа. Молодой шеф Егор Макаров творит, что вздумается и это большая радость для всех нас. Например, альтернативное меню — без лактозы, глютена и животного белка, что вызывает фурор у посетительниц универмага. Если надумаете зайти, передавайте от меня пламенный привет яичнице с авокадо и картофельным гратеном — моей верной подруге, надежде и опоре.

Относительно новый ресторан Folio Group, под завязку заполненный очевидными и неочевидными (что интересней) съедобными сокровищами Юго-Восточной Азии. По замыслу идеологов места, своей густотой эта коллекция специалитетов должна напоминать о легендарном садике Бивон, разбитом в XV веке в сеульском дворце Чандоккун.

Главным по еде тут выбран египтянин Мидо Мустафа, за плечами которого — участие в великом гонконгском проекте Ronin, а также жизнь и работа в Южной Корее: то есть шеф в материале с головой. Есть и классика, которую мы с вами встречали в поездках, есть и увлекательное заигрывание с ней, и есть четко прописанные правила. Например, обещают, что если говядина — то вагю, если соус — то приготовлен был прямо здесь, а если классический суп юккеджан — то лапшу для него гарантированно тянут тут.

В остальном — так же интересно: десертами занят именитый неаполитанец Кармине Ди Донна, а интерьером, подыгрывающим ностальгии по монаршим садикам, занималась Наталья Белоногова.

Камерный видовой ресторан, сосредоточенный на вине. Открыли этот проект красноярцы Александр Митраков и Александр Кучеров (шеф). Собственно, московский ресторан произошел от одноименного и громкого заведения в Красноярске.

На кухне — красивый сумбур из европейских блюд, которые готовятся с оглядкой на внушительную винную карту. А и без того романтичная обстановка 0.75 please (тщательно настроенный полумрак, накрахмаленные скатерти, живопись и тихий лоск) усиливается эффектными видами на необъятное московское небо, закат и Москву-реку. После пробного старта на Патриарших ресторан перепрописался на 20-м этаже отеля Azimut на Смоленской.

Ресторатору Араму Мнацаканову отлично удается снабжать москвичей кухнями южных народов — итальянские «Пробка» и «Маритоццо» и грузинская «Мама тута» тому подтверждение. С «Миной» Арам Михайлович пошел дальше, соединив в одном меню родную уже для всех кухню Италии и пеструю, во многом еще диковинную ливанскую кухню. Вышло впечатляюще: тут нет ненужных гибридов вроде хумуса из римского артишока или минестроне с восточными специями, но есть мирно соседствующие классические табуле и тальятелле с кроликом.

С 9 утра в «Мине» готовят завтраки, и тут решили обойтись привычной классикой, так необходимой нам с утра, — каши, сырники, запеканки, круассаны и яйца бенедикт. Искать все это надо на Малой Никитской улице, которая постепенно обрастает хорошими ресторанами, среди которых «Мина» занимает одно из главных мест.

Заслуженный винный бар на Малой Бронной, проект компании Simple Group с Давидом Эммерле в роли шефа. Кухня дружит с вином и наоборот, всему подобрана пара — и все сложилось в сплошной праздник. Француз Эммерле лучше многих понимает, с чем пить то или иное вино. А про Simple Group нужно знать следующее: в 2020 году тосканское Volta di Bertinga, созданное россиянами Максимом Кашириным и Анатолием Корнеевым из этой компании, попало в гид Gambero Rosso с 426 лучших вин Италии.

Ресторан этот существует давно, но недавно с Mr. Lee случилось эффектное перерождение: место бодро переоткрылось по другому адресу (теперь — в усадьбе Соллогуба на Поварской), но с прежним шефом Ли Чжаном и с переигранной концепцией. Выверенные паназиатские хиты вроде утки по-пекински — примечательно, что везут утку прямиком из Китая, — редкий для Москвы суп из акульих плавников, строгий интерьер, отвлекающий от дел и Москвы в целом, и другие красоты. Поддержкой к кухне выступает бар с внушительным набором азиатского алкоголя разной степени крепости.

Один из самых важных московских ресторанов, открытый петербуржцем Арамом Мнацакановым. Удивительным образом тут можно все: грустить у окна с тарелкой супа, балагурить с друзьями, выгуливать жену, обсуждать сделки и умиляться на детских праздниках.

Здесь четко понимаешь, что, в первую очередь, ты пришел в гости к интересному человеку (пусть даже он не всегда бывает дома), а не только в крепко сделанный итальянский ресторан. И вот за это ощущение присутствия Араму Михайловичу огромное спасибо. Ну и за римскую пасту, и за омлет «Борани» тоже.

Красивая затея, красивое место, красивое все. В усадьбе Смирновых, что неподалеку от ГЭС-2, открылся долгожданный ресторан Игоря Витошинского. Посвящен новый проект Средиземноморью — и не только еде, а еще и атмосфере, флеру и неге, свойственным региону. Обилие дерева, какая-то южная плитка на полу, фрески с пиниями на стене и красные лампы, нависающие над всем этим как южное закатное солнце, — все это дело рук дизайнера Жени Ужеговой, исправно превращающей московские места в посольства далеких стран и берегов.

На кухне хозяйничают в основном Италия с Грецией, и соседство крабовых аранчини, мусаки, вителло-тоннато и греческого салата выглядит обнадеживающе. Все это, очевидно, станет местом притяжения для многих — особенно тех, кто скучает по югу, но застрял в городе.

Филиал петербургского японского ресторана, сделанный в эстетике listening bars.

Суть проекта — трепетное отношение к продукту, приключения этого самого продукта в современной японской кухне и цены, позволяющие вовсю популяризировать местные гастроразвлечения вроде мисо-супа с крабом.

А еще виниловые вечеринки — да и вообще эстетика listening bars, — внушительная коллекция саке, фарфор, привезенный прямиком из Японии, и тематические дни, скрашивающие жизнь: от Sake Days в будни до Izakaya DJ Party по выходным.

Небольшое бистро в переулках Тверской, придуманное и запущенное Евгением Викентьевым. Категоричный минимализм в интерьере, коротенькое, часто обновляемое меню, и в противовес этой лаконичности — меню с длинным сторителлингом, перевернутое наизнанку вителло-тоннато с ломтиком тунца в демиглясе, румяный красный салат, панна-котта с осетровой икрой и подобные фокусы.

Отличное место для тех, кто любит Викентьева, для тех, кому важен гул голосов за соседним, почти вплотную установленным столиком, и для тех, кто хочет весело надраться: первое, с чем встречается гость, — это увлекательно наполненный винный шкаф.